Председатель комитета Совфеда по конституционному законодательству Андрей Клишас дал большое интервью РБК, в котором прокомментировал самые чувствительные темы последнего времени: от сбоев связи и блокировки Telegram до обвинений в конфликте интересов и отсутствия закона о домашнем насилии.
Главный посыл сенатора: временные неудобства (включая отсутствие связи) — это не самая большая проблема на фоне угроз безопасности, а «делить граждан на категории» неправильно, хотя некоторые из них (например, натурализованные) находятся в «договорных» отношениях с государством.
О сбоях связи и «белых списках»
Комментируя перебои с интернетом и мобильной связью в крупных городах, Клишас назвал это «временным явлением», продиктованным госбезопасностью. «Если есть реальная угроза, то отсутствие мобильной связи или интернет-связи на какой-то период времени — не самая большая проблема», — заявил он.
При этом сенатор усомнился в перспективе тотальной «зачистки» сети. По его словам, у государства нет ресурсов, чтобы свести весь интернет к «белому списку» разрешенных сайтов. «Это крайне сложно, это затормозит развитие во многих направлениях… Я сильно сомневаюсь, что у нас есть такие возможности и ресурсы. А смысл? Зачем это все?» — задался вопросом Клишас.
Telegram, VPN и суверенитет
Глава комитета признал, что Telegram без VPN сегодня практически не работает, но назвал это следствием выбора между суверенитетом страны и правилами частной площадки. «Суверенитет — это способность осуществлять всю полноту государственной власти… Государство сказало: "Ребята, а вот у нас стандарты вот такие будут". Вопрос в том, кто кого. Я почему-то думаю, что государство», — подчеркнул он.
Клишас допустил, что тотально заблокировать все VPN вряд ли возможно, сравнив это с невозможностью искоренить тяжкие преступления, несмотря на суровый УК. «Не знаю, сомневаюсь», — резюмировал он.
О доносах, перегибах и цензуре
Отвечая на вопрос о росте числа обращений граждан в госорганы (в том числе на предмет пропаганды ЛГБТ), сенатор отреагировал на слово «донос» с заметной иронией. Он предложил разделять мотивы: «Вам на ум оно приходит, потому что у вас есть определенная эмоциональная заряженность... Когда, например, вам скажут, что детям отправили в школу протухшее мясо, это донос? Или это сигнал?» По мнению Клишаса, если гражданин располагает существенной информацией, он вправе с ней обращаться, но делать это не анонимно.
Говоря о культурных запретах и изъятии книг из магазинов, сенатор согласился, что «ограничений сейчас явно больше, чем было раньше», однако призвал не путать государственную политику с самоцензурой бизнеса. «Всегда пытайтесь понять, это действительно ограничение, которое проистекает из положения законодательства, или это конкретный магазин свои правила вводит», — посоветовал он, назвав перегибы на местах тем, «с чем какое-то время придется мириться».
На прямой вопрос о возвращении цензурного ведомства (о чем шутил Михаил Швыдкой) Клишас ответил однозначно: «Юмор — это хорошая вещь, но у нас цензура запрещена Конституцией».
Коррупция, сроки и конфискация
Клишас высказался за увеличение сроков давности по коррупционным искам, назвав их «длительными», чтобы сделать бессмысленным само приобретение имущества через коррупционные схемы. При этом он разделил изъятие имущества (где стандарты доказывания ниже) и уголовное преследование.
По его словам, ситуация, когда у человека изымают незаконно нажитое имущество, но он не садится в тюрьму, возможна и законна. «Понижать стандарты доказывания нельзя. Это скажется на вас, на всех остальных людях», — предостерег он. Однако, по мнению сенатора, такой коррупционер должен лишиться должности: «Он утратил то, ради чего он все это делал».
Домашнее насилие и буллинг: почему нет законов
Отвечая на вопрос о многолетнем отсутствии законов о домашнем насилии и буллинге, Клишас признал, что законодатели «пока не нашли корректную формулу».
В случае с травлей в школах сложно провести грань между насилием и критическим замечанием. Что касается побоев в семье, сенатор напомнил о дилемме: штраф бьет по семейному бюджету, а тюремный срок оставляет семью без кормильца. «Мы не можем пока найти какой-то разумный баланс... Для меня насилие — оно и есть насилие. Я, честно говоря, юридически не вижу особой разницы, дома или к незнакомому человеку», — заявил он, добавив, что общие нормы УК за побои и так существуют.
«Депутатские хотелки» и конфликт интересов
Клишас прокомментировал и прошлогоднюю острую дискуссию о бездомных животных, в ходе которой спикер Госдумы Вячеслав Володин обвинил его в конфликте интересов (из-за владения питомником). Сенатор назвал это «разогревом темы» на думской кухне.
«Хотят со мной публично поговорить, подискутировать? Не проблема. В моем присутствии мне бы это сказали — ответ был бы тут же. Думаю, что всем бы не понравилось», — привел он свою гипотетическую реакцию.
О сроках отмены «законов военного времени»
Подводя итог дискуссии о временных ограничениях, введенных в последние годы, Клишас не исключил их пересмотра после завершения военной операции, но предупредил, что процесс будет дифференцированным. «Каждая норма по-разному. Может быть, какая-то норма будет признана полезной и она будет действовать годы, а что-то, может быть, действительно уйдет из законодательства очень быстро», — заключил он.